Нет, не каждый на кладбище сочувствует мертвым:
Место это светлее без дани живых,
Здесь привычная грань самобытности стерта,
На душе не висит боль от карм родовых.

И никто здесь не хвалится лучшею долей:
Со всех взятки гладки, безразличность косы.
А откуда приходят сюда, - там меняются роли,
Там дерутся и плачут, подставляя тазы.

Здесь возможно избавиться и от "рая земного",
Бросив кости в теньке, воспарив на лет сто.
Там, откуда пришел я, скучают - и много…
Разбавляя водой дорогое вино.

Здесь всегда все понятно: в русле тленности мира
Бог отмежился гнилью от себя самого.
Но и в мире живых вижу ту же картину,
Но она непонятней: им зачем это все?.

Здесь наивно желать, что бой сердца надолго,
Ведь его в жизни кроткой сложнее найти.
Все, что время воздаст - подстелить чуть соломки
Под ненужную тяжесть бессмертной души.