Голос в ушах — не вопрос, не ответ,
а просто эхо от шагов по квартире.
Тень — не моя. Но и света здесь нет.
Что ж, остаёмся вдвоём в этой лире.
Шорох обоев — стон немоты,
вещи недвижны, как в старом музее.
Время, как пыль, оседает в черты,
делая ночь ещё холоднее.
Где-то внутри — под костями, в стене —
кто-то рисует стихи на удачу.
Кажется, всё это снится не мне,
но почему же я медленно плачу?
Кажется, чья-то чужая тоска
впала в мой голос и гаснет в сигарке.
Больше не будет ни дня, ни звонка.
Только тень и строка — на оборке.