В прокуренном зале, где лампы вульгарны,
где дым, как вуаль, обнимает торшер,
ты пьёшь свой абсент и ты очень коварна,
и совесть как свет не пройдёт сквозь портьер.

Твой взгляд сквозь лорнета стекло, через веер,
в нём скука, презрение, бледности шик.
Ты ловишь устало одни лишь химеры,
твой взгляд в сути бренного мира проник.

Красивые локоны, словно подсказки,
игривая дерзость, а в пальцах дымок.
Атласная лента на тонкой подвязке
скользит по чулку, открывая намёк.

Но вот среди фальши неверных улыбок
увидел твою красоту чей-то взгляд.
Поплыл строгий мир, стал расплывчат и зыбок,
стал тесен тебе аскетичный наряд.

Душа расцвела, позабыв про химеры,
и локоны пляшут, и губы в огне.
Заманчивой стала, подобно Венере,
и нежности свет заиграл в вышине.