1
В лесу осенних мокрых листьев,
Где дождь холодный моросит,
В безмолвной грусти и тумане
Бредёт один наш тихий поэт.

В пучинах долгих размышлений,
В цепи таинственных видений,
Сквозь боль и странные сомненья
Он ищет свой далёкий свет.

И бормочет что-то негуманно,
В автобусе глядит незванно
На лица чуждые, холодные —
Как будто мир — лишь декорация.

С намёком лёгким на прощанье
Поэт плывёт в пучине сна,
Где мечутся устало взгляды
В далёких сумрачных мирах.

В ближайшей странной той картине
Увидит он внезапно свет —
Как пара в пучине мрака
Друг друга бережно спасала.

Собой от холода укрыла
И тихий, хрупкий поцелуй
Во тьме друг другу подарила —
И мир их стал на миг живым.

Поэт, голову подняв пустую,
Слезу тихонько провёл,
Историю немую крикнул,
Безмолвно — книгу приоткрыл.

Пером тяжёлым, чёрным, грубым
От злости скрипа звук возник,
И, будто в камень, в лист бумаги
Он боль свою навек вонзил.
2
Громко хлопнув той страницей,
Разверзся в собственной пучине
И в наручниках скитаний
Словно дождик — тихо сник.

Скрыл свой мятежный, страшный лик
Вдали дорожных верных троп,
Среди камней пустых, забытых
Шёл один навстречу вновь.

Навстречу нежеланной боли
И любви признаний след,
Как невидимка, прозрев внезапно,
Он тихо покинул тот свет.

В раскатах громовых светил,
В пепле времён, в пучине ничтожества,
Поэт влачит свой долгий путь,
Обернувшись в догмы прошлого.

По улице след свой влачит,
В холодный ветер ночной молчит,
Добирается поэт до дверей —
А там стоит она в пучине стыни.

Слёзы тихонько по щекам пустила,
Дыханье затаив, стоит недвижно,
Молчит в глаза, не просит о помощи,
Стыдясь признаться в том, что гложет.

Дверь, что заклинила сейчас,
Поэт плечом толкнул — она поддалась,
Вошёл он в дом, она шепнула несмело,
Закрыла дверь и пригласила на чай.

Чайник ставит на плиту,
Смотрит молча в пустоту,
Поэт глядит на неё в упор,
Смущая в тесной комнате её.

Она заваривает чай в кружках,
Потупив взгляд, стоит на ногах,
Глаза подняв — пронзает сердце поэта,
Прямо в душу бьёт сейчас, насквозь.

Поэт невольно руку протянул,
Она её не отстранила, не отвела,
Чай горячий в комнате холодной,
Два сердца бьются, глядя друг в друга.

Руки тихонько встретились над столом,
Поэт слегка коснулся — не отпустил потом,
Она улыбнулась робко, словно яркий луч,
И поняла в тот миг — влюбилась в него.

Поэт улыбнулся ей в ответ,
В комнате остался тёплый след,
Где запах двух сердец звучит,
И тихий мотив внутри горит.

Голову склонила к поэту она,
И тишина стала им нужна,
И в этом миге, без лишних слов,
Родилась их первая любовь.

Время шло, как белый кролик,
Поэт всё глубже в ней утонет,
Тихо шептал: «ты лишь моя»,
И таяла она, любя.

Девушка улыбалась в тишине,
Слышался звон в ночной глубине,
Словно что-то в сердце вошло,
И страхи её унесло.

Месяц летит незаметно вдаль,
Поэт и поэтесса — одна печаль,
Ушедшая в прошлое навсегда,
Теперь они вместе — и это судьба.

Ревность и страх он в себе носил,
Но её теплом всё это гасил,
Она решила его сберечь,
И душу его навсегда обогреть.

Минуты тихонько, как вечность, шли,
И два сердца друг друга нашли,
Две души, что встретились в тьме,
Покой обрели наконец в себе.
3
В чистом небосводе громко воет,
Тучи хмурые в вечернем слое,
Тихий плач, как будто без ответа,
Молний свет разрывает небо.

Где поэт и поэтесса рядом
Дарят свой первый поцелуй,
Но уже в этом свете слабом
Зреет трещина — и немой испуг.

Наступает утро без прикрас,
Поэтесса открывает глаз,
Потянулась в пустоту она,
И в груди уже не та весна.

К поэту тихо наклонилась,
Но тепла внутри не сохранилось,
С кровати резко поднялась —
И в тишине ушла сейчас.

На кухне стынет утренний свет,
Вроде есть любовь — а будто нет,
Близость есть, но в ней изъян,
Словно рай обернулся в обман.

Не боится больше потерять,
Но не может больше удержать,
И душа её кричит внутри —
Что-то рушится, горит, горит.

Как буря в море без вины,
Чувства были так сильны,
Но теперь они тлеют тихо,
Словно не было их лихо.

Поэт молчит, не понимая,
Что внутри неё сгорает,
Держит руку, гладит губы —
Но уже они чужие люди.

Дни летят в пучину серых далей,
Ссоры, крики — и слова как камни,
И любовь, что грела их тогда,
Разбивается — и навсегда.

Она собирает тихо сумку,
Без следа уходит в эту тьму,
Как из гнезда уходит птица —
Не оставив даже смысла.

Комнату покинув навсегда,
Едет прочь, где ждут её дома,
Там тепло, и там её укроют,
Но любовь уже не скроют.

И встречает там другого вдруг —
Лёгкий, шумный, будто детский звук,
Он смеётся, день ей освещая —
Сердце тихо отзывается, зная.

Поэт же следует за ней,
Но уже среди чужих теней,
Закрывает дверь своей рукой —
И уходит в мрак немой.

Ревность душу обхватила болью,
Пишет письма, заливая кровью,
Стихи — как крик, как приговор,
Где любовь — уже позор.

«Русые волосы… взгляд твой живой…»
Шепчет он во тьме пустой,
Но внутри лишь пустота
Разрывает всё дотла.

И в отчаянии, в огне,
Он спускается ко дну, во тьме,
Где ни света, ни спасенья —
Только боль и искупленье.

Кости, пепел, кожа, страх —
Он теряет себя в мирах,
Чёрт и дьявол рядом с ним —
Станут эхом, станут дым.

Сердце жжёт, и кровь кипит,
Слово каждое болит,
И любовь, что в нём жила —
Превратилась в пепел зла.

А поэтесса… где она?
Жива — но будто не жива,
Очки разбиты, мир иной —
И любовь ушла с весной.

И тоска её грызёт,
Сердце к поэту рвёт,
Но дорога стёрта в прах —
И остался только страх.

И в тишине она кричит,
Но никто не различит,
Лишь холодный ветер в ночь
Её голос унесёт прочь.

И поэт в огне и боли
Пишет строки