Её молчанье гасит свет,
В сомненьях стелется дорога,
И тень вдали единорога
Дрожит, как смутный силуэт.

Под свет икеевской свечи,
Во взгляде - ожиданье встречи.
И были долгими как вечность,
Шаги в распахнутой ночи.

На дне бутылочного сна
Среди окурков и молчанья,
Мерцал единорог печальный
Под муть оконного стекла.

Сквозь дым плывет остаток дня,
В нём глохнут слабые томленья,
И нет ни веры, ни сомненья —
Есть только ты, но нет меня.

У края фраз немеет рот
И стынет в чашке горький кофе...
В окне решетчатом напротив
Чужой бессонный желтый свет.