Я не пишу — я выдираю плоть,
где твоё имя въелось мне под кожу.
Ты не ушла — меня швырнул Господь
в тебя, как в яму. И назад — не гоже.

Нет выхода. Есть кнопка «сброс» одна,
но палец мёрзнет — замерзает смелость.
Твоя любовь пьёт мою кровь. Я,
с каждой боли, повышаю зрелость.

В груди не сердце — брошенный квартал.
Внутри есть хаос. Выть охота.
И вроде бы ты ни при чём, но шквал
накатывает с каждого прихода.

Ни посвятить. Ни выжечь. Ни простить.
Ты — будто нож, что сам себя толкает.
Как можно ту, кто научила быть
никем, любить — когда она чужая?

Я сам себе и прокурор, и труп.
Никто не знает, как с тобой до боли.
Ты не любовь. Я глуп, жесток и туп.
А ты — причина. У меня нет воли.