Не враг, чьё имя нам знакомо,
Смертельным целится клинком, —
Но тот, кто в тишине соломы
Был самым близким чужаком.

Удар беззвучен. За спиною
Смыкается привычный круг.
Все, что завещано судьбою,
Рассыпалось от грязных рук.

Так рушатся слепые своды
Того, чем жил ты столько лет.
И в лабиринтах несвободы
Душа теряет прежний свет.

Его не смыть слезой упрямой,
Не исцелить и не забыть…
Лишь тот, кто звался долей равной,
Способен заживо убить.