Зеркало висело в узком коридоре уже столько лет, что его поверхность успела привыкнуть к дыханию дома: к скрипу половиц, к вечернему свету, к редким шагам.

Он остановился перед ним случайно — как всегда. Проверить, всё ли на месте: лицо, усталость, привычная тень под глазами.

Но в этот раз отражение не повторило его движение.

Сначала он решил, что это усталость. Потом — что это трещина света. Но человек в зеркале слегка наклонил голову сам, без запаздывания, без его участия.

— Ты опять пришёл, — сказал отражённый он.

Голос звучал так же, но чуть мягче, будто из глубины стекла.

— Ты… не должен говорить, — прошептал он, чувствуя, как в горле становится сухо.

Отражение усмехнулось.

— Это ты не должен. Ты вообще многое делаешь лишнего.

Он сделал шаг назад, но отражение осталось ближе, чем должно было.

— Послушай, — продолжило оно спокойно, — тебе ведь никогда не приходило в голову, почему ты всегда возвращаешься сюда?

— Потому что это зеркало.

— Нет, — мягко перебил тот, — потому что без меня ты не закреплён.

Он моргнул.

— Это бессмыслица.

— А что для тебя имеет смысл? — отражение слегка провело пальцем по стеклу изнутри, и по поверхности пошла тонкая рябь. — Работа? Дом? Люди, которые отворачиваются, стоит тебе исчезнуть из их поля зрения?

Он хотел возразить, но слова застряли.

— Ты думаешь, ты существуешь сам по себе? — голос стал почти сочувственным. — Ты держишься только пока я тебя подтверждаю. Пока я повторяю тебя. Без отражения ты — незавершённая мысль.

В коридоре стало слишком тихо.

— Это просто физика, — наконец выдавил он.

Отражение кивнуло, будто соглашаясь.

— Конечно. Назови это физикой. Назови как угодно. Но скажи честно: ты хоть раз видел себя вне меня?

Он хотел рассмеяться — и не смог.

Отражение наклонилось ближе.

— И ещё кое-что, — прошептало оно. — Ты думаешь, реальность вокруг тебя стабильна? Это не так. Она держится на внимании. На восприятии. На том, что ты “смотришь”.

Пауза стала плотной, как стекло.

— А если ты перестанешь смотреть… кто будет помнить этот коридор?

Он почувствовал, как стены будто чуть отдалились.

— Ты говоришь, что я не существую без тебя… — медленно произнёс он.

— Я говорю, что без меня ты не отличаешь существование от сна, — спокойно поправило отражение. — А это почти одно и то же.

Он посмотрел в зеркало снова — и вдруг не увидел там себя так, как раньше. Только возможность себя. Контур, который держится, пока на него смотрят.

— Тогда кто ты? — спросил он тихо.

Отражение улыбнулось так, как улыбаются вещи, которые слишком давно знают ответ.

— Я — та часть тебя, которая не засыпает.

И свет в коридоре на мгновение стал чуть менее уверенным.