Глухо плачет гармонь за рекою,
Тонет месяц в январском пруду.
Не прижаться мне к ней головою,
Не встречать ее в майском саду.

Вон они, по заснеженным стежкам,
Пронеслись, не оставив следа...
Прижимается ласковой кошкой,
Уплывая с ним в ночь навсегда.

Провела синеоким напевом,
Только взгляд для меня - как стрела.
Обожгла меня холодом - гневом
И к другому, смеясь, уплыла.

Я вернулся в замшелую хату,
Где впотьмах притаилась беда.
За забитую намертво плату
Моя юность ушла навсегда.

Завелась в голове чертовщина,
Черный морок уныния лег.
Догорела моя лучина,
Не согрев одинокий порог.

Завела меня девья обида
В тот тупик, где ни окон, ни стен.
И лица я не выказал виду,
Принимая глухой этот плен.

Сжал зубами края одеяла,
Слезы жгли одинокую кость.
В сердце кровь замерзать подступала,
Я теперь в этой жизни - лишь гость.

И затих под полуночным кровом,
От тоски испустил бледный дух.
Занесло меня ласковым словом,
Да не девьим - а зимних старух.