* * *

Now happiest, loveliest in yon lovely Earth,
Whence sprang the “Idea of Beauty” into birth,
(Falling in wreaths thro’ many a startled star,
Like woman's hair 'mid pearls, until, afar,
It lit on hills Achaian, and there dwelt)
She look'd into Infinity — and knelt.
Rich clouds, for canopies, about her curled —
Fit emblems of the model of her world —
Seen but in beauty — not impeding sight
Of other beauty glittering thro’ the light —
A wreath that twined each starry form around,
And all the opal'd air in color bound.

* * * * *

Сейчас исполненная Благодати,
Прекраснейшая той Звезды Далёкой —
Откуда вниз венками ниспадая
Сквозь мириады звёзд ошеломлённых,
Как локоны девичьи средь жемчужин,
В Элладу Древнюю и на холмы
Ахейские, Идея Красоты
Низринулась и в форму облеклась —
В смирении колени преклонив,
Окидывает взором Бесконечность;
Роскошный балдахин из облаков
Окутывал её — два символа
Модели мироздания Несейс —
Что взору предстают лишь в красоте,
Не застилающей иного Взора
Сияющего сквозь чертог небес —
Венец, что обрамляет каждую
Звезду и весь Опаловый Эфир
Увитый прядями цветных лучей.

* * *