Я знал, что скоро всё изменится. Наступит штиль, и время улыбнётся вслед прохожим, как будто не оно стирало лица, голоса и кожи, не уводило вдаль ни пристаней, ни тех, кто ждал причала. Но станет ли тот мир на свет былой похожим, ответ не знал. Да и кому дано узнать, каким становится пространство, когда в нём тишина перерастает медленно в убранство оставленных домов, в дыхание пустых библиотек, где пыль честнее слов, а память долговечнее, чем век. Я думал перемены не шумят. Они приходят, не требуя свидетелей и клятв. Лишь воздух вдруг становится прозрачнее и строже, и замечаешь, что собственная тень тебе дороже, чем сотни новых лиц, спешащих раствориться за углом. И если мир себя однажды перепишет набело, не станет он ни лучше, ни бедней. Он просто сохранит вещей негромкое упрямство, дрожание листвы, холодный блеск пустых окон под вечер, случайный свет, упавший на ладонь, и долгий взгляд, который оказался вечен. Я знал, что скоро всё изменится. И всё ж не перемен страшился, а забвенья - того, что день, не спрашивая нашего согласья, меняет нас быстрее, чем меняются года.

А штиль придёт. И время, улыбнувшись вслед прохожим, не скажет ничего…

24 Июля 2026 год.