Красные трубы, сырые стены,
Дети играют в расстрел и в пленных,
Здесь каждый рождён был, чтобы что-то проспать.
Зачем тут я? Из дешёвой глины
Слепили бога, за ним – руины,
Но ты привыкнешь, ведь больше нечего ждать.
За нас решили, за нас всё спели,
Нас уложили в свои постели,
Осталось только неистово наблюдать.
За тем, как тянется ввысь терновник,
Как достаёт звездочки полковник,
Как марширует по площади детский смех.
Слепая массовка бессмертных полчищ,
Чем ты сегодня кишки полощешь,
Спасаясь от яда вчерашних правдивых газет?
Бессмысленность марша под небом мёртвым
Уже очевидна даже упёртым,
Но поздно – сорван тормоз и выключен свет.
Во тьме всё то же, но скулы туже,
Тот же конвой, только лица суше,
Только указки тверже, а мы – налегке.
Смена времён – лишь смена нашивок,
Те же подвалы, такой же пришитый
Номер на робе, и тот же вопрос ко мне:
Зачем тут я? Хоругви, танки, 
Медали, выданные по разнарядке,
Кто-то скупает патроны, а кто – стихи.
Пропуск, турникет, ведомственный почерк,
Любая эпоха кончается ночью,
Когда сторожа начинают менять замки.