как же глуп,
как же раним.

я твоих губ
не вынес.

я знаю,
был заменим.

весну
провел на лугах,
я ласкал не тех людей,

я был не прав.

я твоими глазами жил
рисовал их на грязи
веткой

сам себе был не мил
и бился как черт над каждой заметкой.

я очень хотел, я просил
и писал в газеты,
я пропажу обещал искать,
но проспал все чёртово лето.

мои запястья сковал ветер.

юнец
целовал
их,

цветы

повсюду,

я был рад и беспечен,
и рай тот
казался мне вечен.

о, как обманут,
ветер иссушил мои руки,

юнец, был не стрелок,
и умело попал из лука

в лоб,

а цветы повсюду
греют чело.

жаль, что ты все таки ушёл.

я вином затопил

чистоту совести,

жаль, что героя я отравил

в начале
повести.

не тосковал по образу,
был безразличен.

может быть, в силу возраста,
или
как яд был
токсичен.

позабыл все поцелуи в лоб

и то,
как нежно лелеять мог

ключицы и плечи.

лишь потеряв, я осознал,
как мне скучно.

дурак, ищу встречи,
словно безумный,

но теряюсь опять

в агонии чужих
рук, поцелуев

и нот.

я знаю,
не стоит напоминать,

я идиот.