Придавлен словно на глубине в сорок ярдов.
Я пытаюсь брыкаться, теряя последний воздух.
Подняться мешает лишь страх - чёртов якорь -
Гупо до боли, смешно от того глотать воду.

Стремясь снова скрыться за собственной хилой тенью,
Я боюсь показаться другим смешным... до нелепого глупым.
Потому в душном мае, нарвав огромный букет сирени,
Я в цветочный свернул, оставив его сохнуть в урне.

Потому я молчал, когда стоило мне возмущаться,
Что мне было б смолчать, а я зубами взбил воздух.
И это будет из раза в раз повторяться,
Пока меняться не станет до глупого поздно.

С крестом на плечах, взбираюсь как на голгофу,
И бегу снова вниз, отдав победу без боя,
Чтобы после на кухне ругать себя недотёпу,
Восстанавливая момент и по новому строя.

Я лежу придавленный грудой сомнений,
А мой демон с плеча - сладкоголосый проказник .
Влез мне в волосы и голоском елейным,
Напевает: «И на твоей улице будет праздник».