Эпитафия Симонида Кеосского на камне в Фермопилах:
«Ὦ ξεῖν, ἀγγέλλειν Λακεδαιμονίοις ὅτι τῇδε
κείμεθα τοῖς κείνων ῥήμασι πειθόμενοι».

[О́ ксэйн, а́нгеллэй́н Лакедай́мониой́с хоти те́де
Кэй́метха той́с кэйно́н ре́маси пэй́тхоменой́ ]

Путник, пойди возвести нашим гражданам в Лакедемоне,
Что, их заветы блюдя, здесь мы костьми полегли.
(Перевод эпитафии Г. А. Стратановского)


Вся наша вера – мерная земля,
И царь наш, Леонид, богам подобен,
Он знает, что взойдет заря,
В лучах которой станет мир свободен;

Враг дерзновенно слал своих послов,
Чтоб покорились рабскому уделу
[Моло́н Лабе́] – других не будет слов,
Отечество не подлежит разделу;

Поход прощальный... Спарта замерла,
Соцветие молитв... разлука,
Узор судьбы сложился, как стрела,
Летящая к врагу из лука;

В последний час стоим плечо к плечу,
Пусть мощь орды оплавит зноем камень,
Щиты сомкнув, мы подведем черту,
Которой не преступит даже пламя;

Всегда найдется тот, кто духом слаб,
Готов предаться страху в исступлении,
И в оправдание честь продать, как раб,
Пред господином в вечном услужении;

Он меч не носит, только кошелек,
Продажных грошей для телесной муки,
Он в нужный миг свернет слова в кулек,
Чтоб их товаром сделать: деньги-руки.

Тропой коварной сомкнуто кольцо,
Но мы не оскверним военной чести,
Желаем видеть нашу смерть в лицо
С оружием в руках последней вести:

– О чужестранец скажи нашим любимым в Отчизне,
Что без трагических слов мы за страну полегли.

Примечание: Μολὼν λαβέ [Моло́н Лабе́ ] – приди и возьми.