Недавно, вроде, был Сентябрь уже.
Но, снова осень... Холст и краски те же.
С утра не одеваясь, в неглиже,
застряло солнце кляксой в витраже
из птиц и облаков и греет реже.

Нет тени... Нет вообще теней.
Свет, как в музее ровен. Ветер гладит
щетину мёртвых клумб, тела камней.
И волосы деревьев, чем длинней,
тем больше сыплются они, теряя пряди.

Закатов нет... Восходов тоже нет.
Есть только день и ночь. Без вариантов.
Как в чёрно-белой рамке под портрет
осенний сон... А ночью ход планет
торжественен, как точный бой курантов.

Есть повседневность воздуха. И бег
всего, куда-то в неизвестность. Ветер.
Хлопанье окон. Шорохи в гурьбе
упавших листьев. Преданность судьбе
стеклянной мёрзлой лужи на рассвете.

Есть первый лёд и первые шаги,
сносящие хрустальную непрочность.
Есть льдинки, влезшие стеклом на сапоги,
пытаясь убежать из под ноги...
Их сломанная с хрустом непорочность.

Есть город. Улицы. Есть серые дома,
глазеющие тускло и похоже.
Всё мокрое. Цветная кутерьма
машин, людей. Сгустившаяся тьма
в чужих глазах, всегда таких прохожих.

Нет только лета. Засветло домой
ещё успеешь возвратиться. Только
двор серой опустевшей головой
качает, как раскрытою сумой.
Остывших гнёзд не сосчитаешь, сколько.