Не всякая боль остаётся словами,
Не всякий провал превращается в след.
Чем глубже падение между мирами,
Тем меньше того, кто вернётся в ответ.

Пока ты горишь — ты не знаешь пожара,
Ты просто становишься частью огня.
Свидетель приходит позднее удара,
Когда уже поздно спасать от себя.

Мы ищем названия тёмному слому,
Для смерти, которой нельзя пережить.
Но каждое имя ведёт по-иному
От вещи самой, что пытались открыть.

Никто не вернулся с последнего круга,
Чтоб точно сказать, где кончается страх.
И каждый свидетель теряет друг друга,
Когда превращает живое в рассказ.

Мы можем смотреть на страдание мимо,
Меняя участие на холодный обзор.
Но правда всегда остаётся незримой,
Ломая внутри выстроенный узор.

Пока ты свидетель — исчезнет касание,
Останется только безмолвный учёт.
Но если почувствовал — в самом страдании
Уже не останется места для слов.

Наверное, в этом последняя данность,
Которой никто не способен солгать:
Мы можем хранить о падении память,
Но не можем совпасть с ним опять.

И жизнь остаётся открытым событием,
Где каждый стоит между болью и тьмой.
Свидетель не может совпасть с событием,
Как смерть не способна совпасть с собой.